Большинство знакомых считали его отца образцовым родителем. Из других рассказов следует, что его отец был авторитарен и чрезвычайно, патологически набожен. Неясно, каким именно образом отец прививал дисциплину Гито. Но Шарля в округе называли «жалким мерзавцем». Семейный врач поставил Шарлю диагноз имбецил, вторя популярному в то время понятию нравственного помешательства (смягченное название психопатии).
Самое, быть может, яркое историческое свидетельство о ранних летах Гито оставил он сам. В 18 лет, чтобы вступить в общину округа Онайда на севере штата Нью-Йорк, он сделал тамошним жителям признание, что с самых малых лет не слушался отца, что, будучи служащим торгового дома, с 13 до 17 лет неоднократно воровал большие суммы денег из кассы работодателя, что был завсегдатаем борделей, заразился венерической болезнью и так пристрастился к мастурбации, что серьезно повредил здоровье. Шарль рассказал, что сильно повздорил с отцом примерно в 18 лет, до такой степени, что даже хотел причинить ему боль{38}.
В оценке этого симптома нас в первую очередь занимает очень раннее детство, а мне удалось найти лишь скудные свидетельства о первых годах жизни Гито. Эти неполные данные позволяют предположить, что у Гито проблемы с поведением начались уже в раннем возрасте. Но без возможности поговорить с Шарлем о детстве и в отсутствие других надежных источников информации, например школьных записей, отчетов соцработников и его братьев и сестер, будет лучше пропустить этот пункт. Если мы это сделаем, то общий результат по Перечню психопатических черт будет рассчитан пропорционально на основе остальных баллов.
В наше время высокий балл по этому пункту обычно получают дети, которых социальные службы забирают из дома до 12 лет, даже если остальные дети в семье растут без серьезных происшествий. Поведение ребенка должно быть сравнительно независимым от окружения.
Что касается Бута, то у нас много свидетельств о его раннем детстве от братьев и сестры и мало что говорит, что ребенком он отличался от других. Эдвин рассказывал, что Джон Уилкс был любимчиком у родителей (из десяти детей, из которых только шестеро доживут до зрелого возраста – трое детей умерло буквально за месяц в эпидемию холеры 1833 года, а еще один умер от оспы четыре года спустя). Сестра Бута вспомнила случай из детства, как из-за неудачного фейерверка слегка пострадал прохожий. Пришел констебль, и Джон Уилкс сознался, что это он устроил фейерверк, но отказался назвать друзей и братьев, которые тоже участвовали в проказе, и всю вину взял на себя. Он с детства любил музыку, мюзиклы и театр. В раннем возрасте у него нет признаков девиантного поведения.
Бут 0
Балл Гито будет рассчитан пропорционально
13. Отсутствие реалистичных целей на будущее
Здесь нас интересует вопрос, способен ли человек строить реалистичные планы на будущее и выполнять их. Все попытки Шарля терпели неудачу. Его планы на будущее всегда были непрактичными и часто слишком грандиозными (см. пункт 2). В разное время Гито обращался к властям с просьбами сделать его министром в Австрии, консулом в Ливерпуле и генеральным консулом в Париже, однако у него не было никаких реальных шансов получить эти посты.
Гито планировал жениться на состоятельной женщине и расписывал бывшей жене, что у него на примете сотни богачек, только помани, и, когда он женится, он сможет выплачивать ей алименты, на которые она имеет полное право. За несколько лет до убийства он написал такое письмо будущему президенту, а тогда генералу Гарфилду:
«Многоуважаемый генерал.
Я, Шарль Гито, ходатайствую перед вами о моем назначении в австрийскую миссию. Поскольку я собираюсь жениться на состоятельной и образованной наследнице из этого города, мы полагаем, что сможем представлять нашу страну с достоинством и благородством. Я убежден, что, исходя из принципа живой очереди, вы благосклонно рассмотрите мое ходатайство.
Шарль Гито».
По-видимому, Гарфилду показали это письмо, и он несколько раз в насмешку припоминал его как пример небывалой самоуверенности и нахальства.
У Гито была необузданная склонность невозмутимо и непоколебимо строить несбыточные планы на далекое будущее.
После начала Гражданской войны Джон Уилкс Бут перестал играть в спектаклях и начал вкладывать деньги в землю и добычу нефти. Видимо, его инвестиции оказались неудачными, и он решил вернуться в театр ради заработка.
Бут и другие заговорщики сначала планировали похитить президента Линкольна, чтобы обменять его на пленных южан, находившихся в неволе на севере. Когда Конфедерация стала распадаться, план быстро перешел к государственному перевороту. В ту роковую ночь было решено убить президента Линкольна, вице-президента Эндрю Джонсона и Госсекретаря Уильяма Сьюарда. Заговорщики надеялись, что в правительстве США воцарится хаос, и Юг вернет себе силы, чтобы добиться пересмотра мирного договора. Буту удалось расправиться с Линкольном; его соучастники оказались не такими ловкими. Один заговорщик несколько раз жестоко ударил ножом Сьюарда прямо в голову (Сьюард, как ни удивительно, выжил), а у того, кто должен был расправиться с Джонсоном, сдали нервы. Так, хотя план имел четкие цели, нам неизвестно, чем бы все кончилось, если бы их замысел удался. На самом деле об этом страшно даже подумать. Как бы то ни было, Бут умел строить планы в разных сферах жизни, а также их осуществлять.
Бут 0
Гито 2
14. Импульсивность
Импульсивность – многогранное понятие. В оценке этой черты нас больше всего интересуют поступки необдуманные, незапланированные или случайные, совершенные под влиянием момента.
Несмотря на то что у Гито были обычные умственные способности или, может быть, даже несколько выше среднего, он не мог надолго удержаться на работе, хотя и был к этому «способен». Он бросался от занятия к занятию, переселялся из одной меблированной квартиры в другую, никогда не планируя заранее. Что касается личных отношений, то он не поддерживал ни близкой дружбы, ни романтической связи. Он часто переезжал с места на место и в разное время жил в Калифорнии, Мэне, Иллинойсе и Нью-Йорке.
Гито, безусловно, умел замышлять и проворачивать аферы и мошенничества. Он также выслеживал президента и даже тренировался в стрельбе из нового пистолета перед убийством. Однако ясно, что эти планы всегда были краткосрочными и не очень продуманными (он так и не заработал состояния и был схвачен сразу же после выстрела в Гарфилда). Все это заставляет дать Гито высокий балл по этому пункту.
Бут говорил о себе, что он порывист в мыслях, однако мало что свидетельствует о том, что он действовал без плана или что окружающие считали его импульсивным. Однако зафиксировано много эпизодов пьянства, случайных драк в питейных заведениях и некоторых других примеров, из-за которых он получает умеренный балл по этому пункту.
Бут 1
Гито 2
15. Безответственность
Здесь речь идет о чувстве ответственности во всех областях жизни. Гито не соблюдал обязательств ни перед кем и никогда, ни в отношениях с родными и женщинами, ни в учебе и финансовых делах. Как следует из газет, Гито задолжал чуть ли не всем гостиницам в Нью-Йорке, Бостоне и Чикаго, он уезжал, не заплатив за номер, напитки и еду. Он должен был по суду выплачивать алименты, но бывшая жена поведала, что не получила от него ни цента. В Чикаго его лишили адвокатской лицензии за мошенничество с мировым соглашением, когда он прикарманил около 275 долларов. Он занимал деньги у всех под «слово чести», но никто ни разу не сказал, чтобы он потом что-то вернул. Гито – настоящее воплощение безответственности.
Бут часто действовал из чувства долга перед Конфедерацией. Именно эта сознательность заставила его пойти на совершенное им жестокое деяние. Поступок Бута невозможно оправдать, но нам ясно, что в своих мотивах он исходил из чувства верности и долга перед Югом, хотя и извращенного. В остальной его жизни мы не видим признаков безответственности.
Бут 0
Гито 2
16. Неспособность нести ответственность за собственные действия
Самые знаменитые слова Гито: «Врачи убили Гарфилда; я всего лишь выстрелил в него». Иначе говоря, он не взял на себя ответственность за смерть президента. Гито упрекал жену в их бедности, заявляя, что надо было жениться на богачке. Он обвинял газету New York Herald в том, что она погубила его репутацию, опубликовав факты о его сомнительных сделках. Когда Гито открыл собственную газету «Ежедневник теократа», взяв на это деньги у онайдской общины, но бизнес прогорел, он винил соседей, что те дали ему недостаточно много денег. Он подал на них в суд, но без успеха, и прибег к шантажу, угрожая рассказать газетчикам про их дела. По словам бывшей жены Гито, он был неспособен взять ответственность ни за один свой поступок.
